Мэтью Брэннон приготовил «светский» сыр в поддержку деятельности Линкольн-центра

Мэтью Брэннон "Незрелый, художик", 2012, тираж 9

Мэтью Брэннон «Незрелый, художик», 2012, тираж 9

Ранее мы уже писали о том, что являемся истинными поклонниками Веры Лист и ее восхитительных арт-проектов (Vera List Art Projects). В рамках одного из которых в Линкольн-центре (Lincoln Center) прошел ряд встреч с самыми непредсказуемыми представителями современного искусства.

Программа наследия Веры Лист, в свою очередь, продолжает традицию знакомства публики с постерами ведущих художников современности, последним из которых под названием “Культурный вымогатель” (“CULTURE VULTURE”) сделала Барбара Крюгер (Barbara Kruger). Вы можете посмотреть его здесь.

В духе этого проекта, Линкольн-центр (Lincoln Center) заказали постер у одного из наших фаворитов, Мэтью Брэннона (Matthew Brannon). Мэтью был один из участников проекта Baibakov Art Projects “Пять” в 2009 году, для которого он в том числе разработал обложку каталога.

В настоящий момент – лимитированный тираж постера “Незрелый, Художник” Immature, Artist — доступен на портале Artspace.

Художник рассказал о своем проекте:
Когда представители Линкольн-центра пригласили меня сделать для них принт, я воспринял это, как огромную честь, но в тоже время мне стало не по себе. Я вспомнил о своем переезде в Нью-Йорк в 1997 году. Это было непростое время, когда у меня не было денег даже на ночлег в студенческом общежитии. Единственной альтернативой для меня на тот момент была встреча с друзьями у Линкольн-центра, когда мы часами напролет могли разговаривать и пить, сидя на мраморных ступенях у фонтана. Я всегда буду помнить это время.

Когда я стал делать свои первые произведения искусства, меня больше всего волновала концептуальная составляющая. С помощью игры слов я старался создать новый ассоциативный ряд, как на визуальном, так и на вербальном уровне. Иногда при этом рождались слишком личные и невразумительные ассоциации, но иногда вполне доступные для широкой аудитории. И в такие моменты я думал о сыре. Почему сыре? Я помню, когда я только переехал в Нью-Йорк, я заметил, что люди там (по крайней мере, в арт-тусовке) очень любят сыр. Тем не менее, случайно или нет, это на меня повлияло. Я периодически встречал людей, которые мне рассказывали о своей любви к сыру. А я по своей природе люблю передразнивать людей, и с того момента я стал особое внимание уделять этому факту. Я разработал свою систему оценки того, что наиболее и наименее ценно в данном вопросе, так как можно многое сказать о личности человека в связи с его предпочтениями в сыре. По правде говоря, я сам не являюсь истинным фанатом сыра, я думаю, у меня непереносимость лактозы. Все то, о чем я сейчас рассказываю, в моем понимании напрямую связано с культурой. Я понимаю, что многое сейчас меняется. Но в моем художественном концепте многое строится на устарелом понятии «причуды». 

Проект был по полностью реализован при поддержке Линкольн-центра. Более подробную инфо смотрите здесь.

Фото с коктейльной вечеринки в резиденции Марии Байбаковой в Майами по случаю выпуска принта Мэтью Брэннона для Vera List Art Project в Линкольн-центре смотрите на Buro 24/7.

Мэттью Брэннон, Мария Байбакова и Президент Линкольн-центра Рэйнольд Левиб 5 декабря

Мэттью Брэннон, Мария Байбакова и Президент Линкольн-центра Рэйнольд Левиб 5 декабря

Музей современного искусства в Лос-Анджелесе ставит извечный вопрос: зрелищность Vs концепция?

Эдвард Руша, «Назад в Голливуд», 1977

На прошлой неделе разразился очередной скандал в мировом арт-сообществе. Новость об увольнении куратора Музея современного искусства в Лос-Анджелесе (LA MOCA)  — Пола Шиммеля (Paul Schimmel) разлетелась буквально за день по всевозможным СМИ.
Бесспорно, Шиммель за 22 года своей кураторской практики произвел не малое количество достойных выставок: к примеру, на выставке «Беспорядок» (“Helter Skelter”) художественная сцена по своей сложноподчиненной структуре напоминала городское строение. Что говорить о выдающейся программе последних лет Pacific Standard Time и выставке Пола Шиммеля «Под большим черным солнцем» (“Under the Big Black Sun), смело представившей “черный” период последних лет в Америке. Неделю назад Шиммель был приглашен представить выставку в CCS Bard в рамках 20-ого-юбилейного фестиваля  “I’m Not Subtle.” Возникает вполне очевидный вопрос: что послужило поводом для увольнения столь уважаемого музейного куратора?

По слухам, одной из причин отстранения от музейных дел Пола Шиммеля стал конфликт интересов с директором музея – Джеффри Дейчем (Jeffrey Deitch), открывшем на днях выставку о Франко. Дейчу особенно хорошо всегда удавались коммерческие выставки: скандальные, публичные, провоцирующие общественный резонанс. Музей в данном случае выступал в качестве политической институции, не лишенной бизнес-стратегии. Как отметил лос-анджелесский критик Кристофер Найт (Christopher Knight) Попечительский совет Музея современного искусства в ЛА состоит из «совета миллиардеров, на четверых из которых приходится 21 миллиард долларов». Не говоря уже о доходах Эли Броада (Eli Broad), который в 2008 году пожертвовал музею 30 миллионов долларов (формально став CEO музея). Между тем, приближается открытие музея Эли Броада в Мичигане по проекту Захы Хадид. Но и на этом деятельность мульти-миллиардера в сфере культуры не заканчивается. В недавнем времени многопрофильный меценат выпустил книжку с претенциозным названием «Искусство быть нерациональным: уроки нетрадиционного мышления» (The Art of Being Unreasonable: Lessons in Unconventional Thinking).

В свете событий последних дней Эли Броад обсудил отставку Шиммеля с Майком Боехм (Mike Boehm) в интервью для Los Angeles Times, и в тот же день выступил с официальным заявлением, в котором он сослался на непростую финансовую ситуацию в музее. «В свете экономической нестабильности, музеи должны оставаться на плаву благодаря коммерчески выгодным проектам, привлекающим широкую аудиторию». 

В ответ на это заявление последовало следующее письмо представителей Попечительского совета: Леноре С. Гринберг (Lenore S. Greenberg), Бети Бартон (Betye Burton), Одри Ирмас (Audrey Irmas) и Фредерика М. Николас (Frederick M. Nicholas), в котором они представили позитивный образ и подчеркнули альтернативный путь развития культурной институции, особое значение придав финансовой политике музея и программе развития Джеффри Дейча.

Что же касается самого господина Дейча, то он прокомментировал сложившуюся ситуацию галеристу Майклу Миллеру (Michael Miller): «Я убедительно прошу вас взглянуть на то, над чем мы работаем. Это тщательно продуманная концепция выставок с историческим уклоном. Я думаю, что до того момента, пока люди не начнут анализировать, что здесь происходит, они так и не увидят истинный LA MOCA».

К сожалению, слова директора о важнейшей музейной программе в стране несколько расходятся с реальными действиями. Тщательно продуманная концепция несомненно относится и к новой выставке «Пожар и Диско!» (“Fire at the Disco!”), которую курирует бывший музыкальный продюсер Джеймс Мерфи (James Murphy). Директор музея, Джеффри Дейч прокомментировал выбор данной экспозиции: «Одна из основных целей заставить людей танцевать в музее. И тот факт, что на эту выставку были раскуплены билеты, демонстрирует «культурный» запрос подобного рода мероприятий».

Джон Балдессари

Далеко не все, однако, поддерживают подобную танцевальную лихорадку. На этой неделе художник Джон Балдессари (John Baldessari) заявил о своем намерении выйти из Попечительского совета музея, объяснив это лишь одной фразой: «чтобы жить в согласии со своей совестью, я должен был это сделать». Затем в интервью для LA Times он добавил: «Когда я впервые прочел новость, о том что в музее готовится диско выставка, просто не поверил своим глазам. Я прочел новость дважды, решив, что это шутка. Но как только понял, что все серьезно, никаких сомнений не оставалось».

Решение Джона Балдессари последовало в след за выходом из Попечительского совета художников: Кэтрин Опи (Catherine Opie) и Барбары Крюгер (Barbara Kruger). Единственный художник, оставшийся в Совете музея, все еще верящий в программу развития Джеффри Дейча, – Эд Руша (Ed Ruscha).