О Манифесте: Кенинг о списоке участников, среди них Марлен Дюма, Джереми Дэллер и Мария Ласслинг

art1-photo-of-manifesta-press-conference

Пресс-конференция 6 сентября. Фото Art1.ru

Итак, последнее время мы много говорили о Манифесте, и это справедливо – она не перестает быть актуальной на стольких уровнях. (И зачем скрывать, эта тема куда приятнее, чем недавние разборки с Музеем Власти и группы «Война». Очень надеемся, что – в отличие от предыдущего – этот эпизод не вызовет столько шума в печати.)

В частности, вопрос о бойкоте Манифесты побудил её организаторов акцентировать политическую силу искусства. 30 августа 2013 года Фонд выпустил заявление, озаглавленное «Вывести Манифесту 10 означало бы игнорировать современные голоса и новые поколения России». Этот текст утверждает, что «Манифеста не может оперировать исключительно в зоне безопасности Запада».

До сих пор , все шло в соответствии с духом Манифесты , описанном на их веб-сайте:

Манифеста намеренно держатся на расстоянии от доминирующих центров искусства, ища свежие территории для отображения новой культурной топографии. Это включает в себя инновации в кураторской практике, новые модели выставки и образования. Каждые два года Манифеста стремится исследовать и осмыслять происходящие события в сфере современного искусства в европейском контексте. Поступая таким образом, мы представляем местной, национальной и международной аудитории новые аспекты и формы художественного выражения.

 Другими словами, Манифеста – это как глоток свежего воздуха в контексте институционализации искусства. Она выступает против монополии взгляда, привлекая внимание к маргинальным регионам и населениям. Иногда эта тактика срабатывала , как, например, в лирической Манифесте 9 , расположенной в бывшей шахте в Бельгии. Иногда она не работала, как в случае Манифестой 6, которая стремилась иметь дело с политическими трещинами на Кипре.

Если объявление, что Манифеста 10 будет проходить в Эрмитаже — одном из крупнейших музеев мира – удивило некоторых, следующее объявление, что узнаваемый и опытный Каспер Кениг будет её куратором, послужил поводом для дискуссий о том, что же случилось с фокусом на новое или на нераскрытое. Политическая реакция и призыв к бойкоту открыл Манифесте новые горизонты, позволяя укрепить свою приверженность идее создания и поддержке политических дискуссий. В конце концов, в определенных условиях (см. выше , Кипр) приверженность идее о «нейтральном пространство для обсуждения » может оказаться очень даже политическим.

Мы как никто другой понимаем сложности и политические особенности работы в России, где приверженность к искусству поставляется с конкретным ценником (а , скорее, с несколькими ценниками – на каждом этапе процесса). Манифеста работает в условиях коротких сроков (открытие планируется на 28 июня 2014 ), и ей не хотелось бы ставить под угрозу все то, что уже сделано для сотрудничества с этим престижным местом и этим уважаемым куратором. Но возникает вопрос, зачем Манифесте столько престижа?

В пятницу, 5 сентября 2013, Кениг и директор Манифесты Хедвиг Фейен дали пресс-конференцию в Эрмитаже. Быть может, что целью этого события , возможно, было успокоение местных властей, но её результат от этого не менее разочарующий. Лучший доклад о развитии событий, планов и идей вы можете найти здесь у Павла Герасименко.

Мария Ласслинг, Ты или я, 2005.

Мария Ласслинг, Ты или я, 2005.

Под названием «С тех пор, как Петербург обрел имя», проект будет разбит на диалог между выставленными работами в Главном штабе и в Зимнем дворце. Уже 15 из 43 приглашённых художников на участие согласились. Герасименко пишет, что речь шла о мировых арт-звездах Марлен Дюма, Джереми Деллера, Марии Лассниг и Луиз Буржуа (чьи работы Кенинг планирует показать рядом с архитектурными Пиранези), но сожалеет, что «никаких неожиданностей нет пока что и в русской части списка». Все российские художники в списке это хорошо знакомые имена: Илья Кабаков, Павел Пепперштейн (оба выставлены на Бергенской ассамблее) [кстати, Artguide не упоминает этих двух художников в списке подтвержденных] и герои Новой Академии Тимур Новиков и Влад Мамышев — Монро.  Также Каспер Кёниг сказал, что планирует отвести отдельный зал архитектурной графике Пиранези из собрания Эрмитажа в сопоставлении с рисунками и объектами из галереи Тэйт. Это сочетание на первый взгляд действительно неутешительно безопасно, но их определенная комбинация дает нам надежду.

Так, в ответ на вопрос о концепции выставки, Кениг сказал примерно следующее (цитата взята у Герасименко):

«Я надеюсь, что биеннале будет легко посетить всем желающим, это можно будет сделать даже с небольшими деньгами и проблем с визой не будет. Надеюсь, что она будет иметь значение для молодых людей и даст молодежи повод еще больше гордиться своим городом, который смотрит в будущее. Для меня честь — получить возможность работать в музее, потому что здесь всегда сталкиваешься с эстетическими идеями. Нам есть что предложить действительно ищущей публике. Важно, чтобы каждый имел шанс понять нашу позицию и решить для себя, что ему важно. Я родился в конце 1943 года и рос в драматической ситуации нацизма. Я старый человек, и всегда следовал политическому, но ни в коем случае не идеологическому чутью, и это дает мне быть утонченным, но не удобным».

Главным препятствием для Кенига, как замечает Герасименко, является вовсе не недавно принятые дискриминационные законы, а тот факт, что «в России что в России до сих пор существует фобия всего современного, будь то эстетические или гендерные представления». По его словам, «современное искусство здесь находится в гетто», а художники не играют никакой серьезной роли, да и в целом не воспринимаются серьезно.  То, что «путешествующий цирк контемпорари арта» приедет в Зимней дворец придает релевантности последнему, несмотря на то, что предыдущие проекты Эрмитаж 20/21 (современная инициатива под руководством Дмитрия Озеркова) привели к, что Герасименко называет, «когнитивному диссонансу» (выставку братьев Чепмен не назовешь грандиозным успехом). Герасименко заканчивает свою статью следующим выводом: «После пресс-конференции Каспера Кёнига можно сделать два вывода. Первый — Манифеста точно состоится. И второй — скорее всего, нас ждет крайне деликатный и взвешенный музейный проект.»

Мы же надеемся, что работа Кенига продемонстрирует сложный подход к вопросам прав человека и гендерной политики, более утонченный, чем недавние портреты Путина в трусиках.

Кстати, Анна Матвеева опубликовал пост — интервью с Кенигом после пресс-конференции, в котором он говорит о выборе города, о том, как его биеннале будет об «истории, а не ностальгии» и как сам Эрмитаж будет играть главную роль. Вы можете найти это интервью здесь.

piranesi

Реклама

2 thoughts on “О Манифесте: Кенинг о списоке участников, среди них Марлен Дюма, Джереми Дэллер и Мария Ласслинг

  1. Уведомление: ГЦСИ приглашает разработать дизайн музейно-выставочного комплекса | Baibakov Art Projects

  2. Уведомление: О двух биеннале. Москва и Стамбул. | Baibakov Art Projects

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s